Климишин И.А. Календарь и хронология. Страница 114

Не исключено, однако, что такие соображения (а их часто упоминают, как только речь заходит о древнеегипетском календаре) играли в установлении продолжительности календарного года египтян такую же роль, как, скажем, козни Соловья-разбойника в истории приднепровских славян. Ведь если бы необ­ходимость такой вставки диктовалась потребностями жизни, то она все же производилась бы, в этом вряд ли можно сомневаться: прибавлены же к 360 дням календаря дополнительные 5 дней, хотя это наруши­ло стройность календаря. Возможно, на основании многовековых наблюдений древнеегипетские астроно­мы убедились в том, что и год в 365,25 суток не со­ответствует промежутку времени между двумя раз­ливами Нила. Ведь примерно через каждые 130 лет этот разлив относительно восхода Сириуса наступал на одни сутки раньше. И они могли пожертвовать точностью ради простоты. В самом деле, взглянув на изображения древнеегипетского календаря (рис.26), нельзя воздержаться от предположения, что в дале­ком прошлом эти месяцы были тесно связаны с определенными сезонами солнечного года. Здесь чув­ствуется плеск волн разбушевавшейся могучей реки, шелест листьев какой-то экзотической растительно­сти, дыхание раскаленной пустыни...

Если говорить о простоте, то в этом отношении египетский календарь действительно был очень хоро­шим. Как отметил известный ученый О. Нейгебауер (США), этот календарь, по существу, является един­ственным разумным календарем во всей человеческой истории, так как он представляет собой строго фиксированную шкалу времени без каких-либо вста­вок: «Определение числа дней между отстоящими на 50 лет днями нового года по греческому или вави­лонскому календарю представляет собой серьезную задачу. В Египте этот интервал просто равен 50 по 365. Неудивительно, что египетский календарь приоб­рел в астрономии характер стандартной системы из­мерения и сохранял эту роль на протяжении средних веков вплоть до использования его Коперником в лунной и планетной таблицах»,